Лепестками сакуры
осыплю зелень
ёлки, стоящей в тепле.

Присоединяйтесь, господа!

( Это - нежности синяя мгла. Это - дымчатой птицы круженье. Это - счастье лежать без движенья В оболочке родного тепла, - Ни обиды, ни боли извне. Сладковато немеет лодыжка, И молочного зуба ледышка Выпадает бескровно во сне. )

Ребенок - это другое.
Он проснется - и сразу пляшут слова,
и сразу - зной и жужжание насекомых,
и сразу - свет и тьма.
Ребенок - это взгляд сквозь ограду
на Эденский сад после дождя,
он - поцелуй во сне и шаги по мокрой хвое.
Ребенок - это Иов, который уже помилован,
Но не знает об этом, скребет себя черепком,
И вдруг чувствует - боль прошла.
Но его учат быть благопристойным Иовом,
Говорить “спасибо”, если Г-сподь дал,
И “пожалуйста”, если Г-сподь взял.
Ребенок - это ракета, нацеленная на грядущее,
Я запустил его - и до сих пор содрогаюсь.
Ребенок спасает от смерти,
Он - сад, дождь и судьба.

Боpис Пастернак

ВТОРАЯ БАЛЛАДА


На даче спят. B саду, до пят
Подветренном, кипят лохмотья.
Как флот в трехъярусном полете,
Деревьев паруса кипят.
Лопатами, как в листопад,
Гребут березы и осины.
На даче спят, укрывши спину,
Как только в раннем детстве спят.

Ревет фагот, гудит набат.
На даче спят под шум без плоти,
Под ровный шум на ровной ноте,
Под ветра яростный надсад.
Льет дождь, он хлынул с час назад.
Кипит деревьев парусина.
Льет дождь. На даче спят два сына,
Как только в раннем детстве спят.

Я просыпаюсь. Я объят
Открывшимся. Я на учете.
Я на земле, где вы живете,
И ваши тополя кипят.
Льет дождь. Да будет так же свят,
Как их невинная лавина...
Но я уж сплю наполовину,
Как только в раннем детстве спят.

Льет дождь. Я вижу сон: я взят
Обратно в ад, где всё в комплоте,
И женщин в детстве мучат тети,
А в браке дети теребят.
Льет дождь. Мне снится: из ребят
Я взят в науку к исполину,
И сплю под шум, месящий глину,
Как только в раннем детстве спят.

Светает. Мглистый банный чад.
Балкон плывет, как на плашкоте.
Как на плотах, кустов щепоти
И в каплях потный тес оград.
(Я видел вас раз пять подряд.)

Спи, быль. Спи жизни ночью длинной.
Усни, баллада, спи, былина,
Как только в раннем детстве спят.
1930

Старый Новый год!
Но все равно мы дети, нам так страшно
На елку опоздать из-за метели,
Из-за трамвая, или гололеда
На этот праздник детский опоздать.
Старый Новый год!
Мы женимся, разводимся, простите.
Но все равно мы дети,
Мы на елку
Летим за этой праздничной добавкой.
Добавьте нам хоть Старый Новый Год!
Старый новый год!
Он старый-старый, он совсем уже не новый.
На нем уже пылали эти свечи,
На них уже сверкали эти слёзы,
Однажды утром эти гости разошлись.
Старый Новый Год!
Но мы летим опять на это пламя,
Но втайне мы надеемся на чувство,
На самую желанную добавку.
Добавьте нам хоть Старый Новый Год!
Старый Новый Год!
Он старый-старый, он совсем уже не новый,
На нем уже звенели эти струны,
И этот снег, и этот воск, и эти чувства,
Однажды утром этот воск окаменел.
Старый Новый год!
Но все равно мы дети,
Мы на елку,
И мы летим за этой праздничной добавкой,
За невозвратным и неповторимым,
Добавьте нам хоть Старый Новый Год!
Старый Новый Год!
Он старый-старый, он совсем уже не новый,
На нем уже слыхали эти песни,
И эти клятвы, жаркие, как свечи,
Однажды утром только пепел золотой.
Старый Новый Год!
Но мы готовы умереть за этот пепел,
За этот праздник нашей нежности и грусти,
И мы летим за этой призрачной добавкой,
Добавьте нам хоть Старый Новый Год!
Старый Новый Год!

(Юнна Мориц.)

Кто долго жил в глуши печальной,
Друзья, тот верно, знает сам,
Как сильно колокольчик дальный
Порой волнует сердце нам.
Не друг ли едет запоздалый,
Товарищ юности удалой?
Уж не она ли, боже мой!
А.С.Пушкин "Граф Нулин"